Emy Olwen
Солнце и кровь
Маленький кусочек продолжения про Ханаан )))
Продолжение вот этого куска.

Незнакомые экимму стояли вокруг, мужчины и женщины, огненный свет касался их лиц, отражался в глазах, тени дрожали на земле. Голоса слышались под ветвями олив, — тихие, тише шепота листвы, и не разобрать слов.
Обернулся, повинуясь движению в сердце, увидел — Шай идет по тропе, спокойно, легко, словно все здесь друзья ей. Остановилась рядом, ни слова не говоря.
Но Лабарту не мог молчать, и беззвучная речь вспыхнула в крови, коснулась Шай.
Это праздник урожая — и, видишь, начинается жатва...
Громче зазвучал чей-то сбивчивый торопливый шепот в глубине рощи. Лабарту повернулся, вглядываясь в сплетение теней, и в этот миг заговорил Аминадав.
Говорил, глядя в темное небо, словно к нему обращался. Слова его были красивы, сплетались меж собой, и Лабарту терялся в них, не успевая понять. И ни раз и не два звучало в речи «мицраим», и что это — Лабарту не знал. Лишь одно было ясно, — вновь повторяет Аминадав, что станет Лабарту защитником страны.
Мицраим?
— Мицраим, — шепотом повторила Шай, и тут же засмеялась еле слышно, прижала ладонь к губам, и продолжила молча: Мицраим, страна, где мы были в рабстве.
Аминадав умолк, и словно распалось колдовство, — тени колыхнулись, экимму пришли в движение. Проходя мимо Лабарту, желали мира, называли имена свои и города, — названия оставались в душе, и знал, не забудет теперь. Разговоры все были недолгими, и Лабарту не знал, хорошо ли это.
Роща пустела, шаги удалялись, шелестели в траве. Вниз по склону уходили, в город, переполненный и жаркий, и к шатрам, где вьются запахи воскурений и дальней дороги. Шай улыбалась, смотрела на темные холмы, и радость ее такой близкой была и теплой, что туманились мысли. Скоро, вслед за всеми, и Лабарту с Шай покинут этот склон, уйдут искать ночлег, — под открытым небом, вдали от чужих глаз...
Шагов не услышал, но обернулся, — почувствовал приближающуюся силу. И сила эта была знакомой, будила память о теплой земле Лагаша, о каналах, уходящих в поля, о горьком дыме в осеннем небе...
Сила была знакомой, но девушку, что подошла к нему теперь, он не знал.
И потому воспоминания отступили, не успев коснуться души.
Та, что стояла перед ним, смотрела внимательно. Но взгляд ее спокойным был и мягким, улыбалась она чуть приметно, — словно бы собственным мыслям. А когда заговорила, также мягко и тихо зазвучал ее голос.

@темы: ханаан, тексты